| Герой (гимнософист — в условном мире рассказа это не столько философ, сколько своеобразный «поэт загробного мира») оказывается в потустороннем пространстве, где от него требуют создать гимн для загробного царства. Он пытается сочинить что‑то достойное, но сталкивается с бюрократией, нелепыми критериями и ожиданиями: кому‑то нужен пафос, кому‑то — оптимизм, а кому‑то вообще «чтобы легко запоминалось». В итоге сам процесс «создания вечного» оказывается до смешного приземлённым и забюрократизированным. Смерть здесь не конец, а новая рабочая смена с новыми KPI. Финал подчёркивает эту иронию: даже загробному миру нужен свой гимн — и он должен соответствовать формату. |
